С того момента, как цифровые фотоаппараты стали доступны очень многим слоям населения, да и в новых мобильных телефонах все чаще стали встречаться встроенные камеры, количество фотолюбителей в нашей стране резко возросло. И если когда-то пленки на 36 кадров некоторым было достаточно аж на целый сезон, то сейчас те же 36 кадров на «цифре» или «зеркалке» многие нащелкивают всего за 5 минут. Ведь пленки нет, а значит ничего больше не нужно проявлять и ждать, пока фотосалон отпечатает готовые снимки. Сделал за день хоть тысячу кадров, вечером перебросил их в компьютер, удалил то, что не получилось, и вперед, хвалиться перед друзьями!
Вот только хвастаться с каждым годом становится все сложнее. Думаю, собственноручно сделанные фотографии, к примеру с видами Кремля или Храма Христа Спасителя, есть почти у каждого. Причем без труда можно угадать, с каких конкретно точек эти снимки были сделаны. Значит, это уже не так интересно. А что если попробовать сфотографировать, условно говоря, тот же Храм Христа Спасителя в каком-нибудь необычном ракурсе? Например, с высоты птичьего полета. Вот только как это сделать? Нанять вертолет, летать над мегаполисом и делать оригинальные снимки? На это точно не хватит годовой стипендии любого московского студента. Но решение этого вопроса все-таки есть. И подсказать его могут руферы.
Кто же такие руферы? Знатоки английского наверняка отметят, что точного эквивалента этого слова в русском языке нет, однако можно перевести его корень «roof» — «крыша». Соответственно, руферы в нашей трактовке — это «крышеры», «крышники», «крышелазы» или даже «крышнаиты», то бишь люди, которые любят забираться на крыши высотных зданий в поисках красивых видов, романтики, одиночества, ярких эмоций и новых ощущений.
Один из таких «карлсонов» по имени Руслан и пригласил нас на свою любимую крышу, чтобы пообщаться о движении руферов, заранее предупредив, что никаких явок и паролей раскрывать нельзя, вот почему фамилии у героя интервью как бы нет.
— Руслан, а к чему такая таинственность?
— Большинство активных руферов стараются не афишировать свои имена и лица, поскольку в ряде случаев приходится пробираться туда, куда официально залезать запрещено, а зачем нам лишние проблемы?! А «светить» адреса любимых крыш и способы прохода на них не хочется, поскольку иначе сюда повалят толпы народу.
— Получается, залезая на крыши, ты нарушаешь закон?
— Лично я — нет! Дело в том, что я работаю техником в компании, которая считается одним из крупнейших интернет-провайдеров Москвы, и наверх проникаю вполне легально, открывая дверь на чердак ключом. Точно так же сюда попадают промышленные альпинисты, лифтеры или антеннщики. Ну а те, кто «вне зоны доступа», либо решетки отгибают, либо замки ломают. Меня же жители сами вызывают, когда у них исчезает доступ в сеть и проблема никак не решается. Приходится приезжать, проверять провода в подъездах, смотреть, не отошел ли какой контакт на чердаке… Ну и, если домик высокий, пользуясь, так сказать, служебным положением, выхожу на крышу, наслаждаюсь видами города, отдыхаю, делаю фотографии.
— И часто ли вот так на чердаках отходят контакты?
— В таких вот интересных многоэтажных домиках — не очень. Хотя порой вандалы «помогают» — вырывают все с корнем так, что потом денек-другой в подъезде вообще ни у кого сеть не «ловит». А мы восстанавливаем…
— Кстати, о вандалах. Минувшим летом многие обсуждали скандальную историю о том, как на Ходынском бульваре такие вот руферы-хулиганы устроили настоящий погром на крыше одной из высоток…
— Эти люди, на мой взгляд, только навредили нормальным руферам. Во-первых, многие после этой истории стали считать вообще всех «крышелазов» поголовно вандалами и безмозглыми идиотами, забирающимися наверх только для того, чтобы попонтоваться перед девчонками и разрушить на своем пути как можно больше всего. А это, естественно, не так, хотя, конечно, в семье не без урода. Во-вторых, двери и люки, ведущие на чердаки и крыши, после этого случая стали заделывать намного серьезнее; в некоторых местах даже прочные стальные двери появились с надежными замками, ключи от которых есть только в управляющих компаниях. Ну и, в-третьих, место испортили. Было время, когда на ту крышу на Ходынке и крыши соседних башен можно было пробраться без особых проблем. Теперь же это невозможно. А местечко было хорошее…
— Среди московских руферов — только парни, или девушки тоже любят погулять по столичным крышам?
— В основном, конечно, парни, но и девушек тоже достаточно. Кстати, почти все девушки-руферы обычно худенькие, а это огромный плюс — они запросто могут пролезть на крышу через прутья решеток, ничего не отгибая и не ломая.
— А вообще, любая ли крыша для тебя интересна?
— Для меня критерий таков — чем больше разных и любопытных объектов видно сверху, тем лучше. Когда внизу река, ряды старых двух- или трехэтажных домиков, машины, как муравьи, — дух захватывает! Максимальная же высота лично меня не всегда интересует. Хотя у каждого свои вкусы! Некоторые вообще считают здания высотой до 100 метров или ниже 22 этажей чем-то несерьезным, а другим порой достаточно крыш пятиэтажек, лишь бы вид с них открывался нормальный. Вообще, бывает даже так, что в некоторых окраинных районах Москвы, например, с крыш современных 24-этажных домов видно не слишком много любопытного, зато ближе к центру реально впечатляющую панораму иногда можно снять даже с крыши советской панельной девятиэтажки.
— Обратил внимание, что по некоторым лесенкам на крыши залезать не только страшновато, но и опасно. Так ли это, и случались ли у тебя травмы?
— Шишки и ссадины, конечно, были, ведь в некоторых решетках встречаются острые выступы, за которые можно случайно зацепиться. Где-то бывает очень скользко после дождя или появления наледи, где-то провода непонятные торчат, мало ли, может, под напряжением. Так что хочется сказать, как в экстремальных программах: «Не пытайтесь это повторить!» Лучше ищите фотки с высоты в интернете. Если же сами решитесь полазить по московским крышам, будьте предельно осторожны!
Станислав Секретов
