На «трубе»

И снова здравствуй, дорогой читатель! Мы проделали большой путь и прошли уже половину Бульварного кольца: Гоголевский, Никитский, Тверской, Страстной и Петровский бульвары. Впереди нас ждут Рождественский, Сретенский, Чистопрудный, Покровский и Яузский. А сегодня мы перейдем экватор Бульварного кольца — Трубную площадь.

Трубная площадь — единственная площадь на Бульварном кольце, в названии которой нет упоминания о воротах. Дело в том, что ворот здесь никогда и не было. Башня Белого города была в этом месте глухой. Для того чтобы войти в крепость или выйти из нее, надо было направляться к соседним Петровским или Сретенским воротам. Еще в XIX веке по современной Трубной площади текла знаменитая московская река-невидимка — Неглинная. На старинных картах города это место именуется просто — «Труба». Так в народе прозвали водосток, проделанный в крепостной стене для пропуска вод Неглинной. Позже название перешло на всю местность на правом берегу реки.

История имеет удивительное свойство повторяться даже в деталях. Спустя много лет Неглинную заключили в подземный коллектор. Теперь она течет по настоящей трубе, а Трубная площадь оправдывает свое название дважды!

Неглинная, несмотря на то что находится сейчас под землей, пожалуй, одна из самых знаменитых рек Москвы и даже один из символов города, и это неудивительно, ведь на слиянии Неглинной и Москвы-реки возникла будущая столица. На высоком левом берегу Неглинной было легендарное Кучково поле и древнейшее городище, а на низменном правом — местность, названная Занеглименьем.

В старину воды Неглинной были чистыми и славились как прекрасные рыбные места. В них нельзя было полоскать белье, купать лошадей. На берегах Верхнего Неглинного пруда в XVII—XVIII веках устраивались гуляния, в том числе «Зеленые святки» на Троицкой неделе, когда девушки бросали в воду венки из цветов, гадая о женихах.

В 1780-х годах по проекту инженера И. К. Герарда на Неглинной была сооружена набережная, ставшая «приятным гульбищем для всех охотников прохаживаться». В нижнем русле реки Неглинной в разные времена создавались запруды, на которых стояли водяные мельницы, кузницы, государевы промышленные предприятия. Имелось четыре моста: Воскресенский (его фрагменты обнаружены при археологических раскопках на Манежной площади в 1994 году), трехпролетный Кузнецкий, древнейшие Троицкий и Петровский (обнаружен при переустройстве сцены Малого театра).

В середине XVIII века в связи с ростом населения и развитием промышленности вода в Неглинной, уже сильно загрязненная, стала дурно пахнуть, запруды на реке стали даже называть «погаными». Часть прудов решено было спустить, но это ненадолго спасло положение. В 1816 году канал Неглинной решили закрыть кирпичным сводом, а параллельно с ним проложили чугунные трубы, по которым пустили воду из Мытищинских родниковых источников. Эта вода поступала в фонтаны, снабжавшие москвичей ключевой питьевой водой. Вытекающая лишняя вода уходила в подземный канал русла Неглинной. В 1817—1819 годах Неглинную на протяжении трех километров заключили в трубу. Однако коллекторы нередко загрязнялись, не вмещая всего объема воды, особенно в половодье и в паводки, и улицы по течению своенравной реки нередко затоплялись. Постоянные наводнения, конечно, очень осложняли жизнь москвичей, и со временем Неглинную полностью упрятали под землю, а пруды засыпали. На месте бывшего русла реки возникли новые улицы. Одна из них так и называется — Неглинная. Ее можно увидеть слева, если смотреть на Петровский бульвар. Из-за частых наводнений земля здесь стоила очень дешево и застраивалась исключительно каменными домами. Впрочем, ни то, ни другое не помешало Неглинной в ХIХ веке стать одной из главных торговых улиц Москвы: здесь были построены Голофтеевский, Солодовниковский и Петровский пассажи.

В глубине улицы, в районе владения №14, располагались знаменитые Сандуновские бани. Сюда, на террасу берега реки Неглинной, они переехали с нынешней Театральной площади в 1802 году. Территория для бань была увеличена за счет покупки небольших владений живших здесь потомков звонарей и сторожей кремлевских соборов. Около своих бань в небольшом домике поселились и супруги Сандуновы, артисты императорского театра.

Еще одна улица, возникшая после заключения Неглинной в коллектор, — Цветной бульвар. До 1851 года он назывался Трубным, а современное название получил по находившемуся здесь в XIX веке цветочному рынку.

Но пора нам вернуться к рассказу о Трубе. Это место всегда было очень оживленным. Здесь у воды стояли кузницы, а под крепостной стеной располагался лубяной торг, иначе — лесной рынок, где можно было купить готовые срубы, бревна, доски, рамы и двери, телеги и другой лесной товар.

Трубную площадь можно было смело назвать рыночной. В 1840-х годах из Охотного ряда сюда перевели птичий рынок. Он просуществовал до 1924 года и был очень популярен. У москвичей даже был обычай: в день Благовещения прийти на Трубу, купить птицу в клетке и тут же выпустить ее на волю. А в 1851 году в северной части площади, близ современного Цветного бульвара, развернулась торговля цветами, семенами и саженцами, переместившаяся сюда с Театральной площади. В праздничные дни здесь устраивались народные гуляния.

Уже в середине XIX века писатель и блестящий знаток Москвы Михаил Загоскин в своей книге «Москва и москвичи» оставил такой отзыв: «Вот расхаживают по улице куры с цыплятами, индейки, гуси, а иногда вам случится увидеть жирную свинку, которая прогуливается со своими поросятами. Я, по крайней мере, не раз встречался с этими интересными животными не только на Трубе, но даже на Рождественском бульваре».

Цивилизация пришла на Трубу в конце XIX века — через площадь вдоль Бульварного кольца пошла «конка», конно-железная городская дорога, а в 1911 году — трамвай маршрута «А», знаменитая «Аннушка».

Невозможно обойти стороной и темные места в истории Трубной площади и ее окрестностей, за которыми закрепилась дурная слава. Например, на месте дома № 2 по Цветному бульвару располагался трактир «Крым». Описание этого заведения оставил Владимир Гиляровский в очерке «На Трубе» из книги «Москва и москвичи». Словно три круга ада здесь существовали отдельно друг от друга три этажа.

Подобного рода трактиры имелись и в других районах Москвы. В 1860-х годах таким трактиром был «Амстердам» Н. Г. Соколова на Немецком рынке, где велась крупная карточная игра, кутили купцы. Печальную славу приобрели трактиры Хитрова рынка, имевшие красноречивые неофициальные названия: «Каторга» (Подколокольный переулок), «Пересыльный» и «Сибирь» (Петропавловский переулок).

История московских трактиров вообще очень интересна, и, конечно, не все они были сборищем падших людей. Само понятие «трактир» встречается в русском языке с начала XVIII века. В тогдашнем законодательстве существовало понятие «трактирный промысел», который определялся как «содержание открытого для публики заведения, где продаются кушания и напитки для потребления на месте». Подобное широкое толкование подводило под понятие «трактир» все заведения общественного питания и питейные заведения. Первое упоминание о подобном учреждении в Москве относится к середине XVI века, когда царь Иван IV Грозный открыл для своих слуг кабак на Балчуге. В 1887 году в трактирном промысле было занято 19 тысяч человек. Лучшие трактиры были сосредоточены в районе Китай-города.

В 1870-х годах великолепной русской кухней и разнообразием сортов чая славился трактир старообрядца С. С. Егорова в Охотном ряду. Для чаепития была отведена специальная комната, отделанная в китайском стиле. На первом этаже здания трактира находилась блинная Воронина, пользовавшаяся большой популярностью благодаря особым «воронинским» блинам. В трактире Егорова запрещалось курить, строго соблюдались постные дни, каждую субботу владелец раздавал милостыню. Этот трактир описан Иваном Буниным в рассказе «Чистый понедельник».

Трактиры играли роль деловых клубов. «Орел» А. В. Селезнева на Сухаревской площади в конце XIX века был местом деловых встреч антикваров, ювелиров, меховщиков. «Хлебная биржа» А. Т. Зверева в Гавриковом переулке — местом сбора оптовиков-мукомолов. Трактир Т.  Г. Абросимова на Малой Лубянке — своеобразной биржей букинистов. Трактиры были также местом встреч по интересам. В «Голубятне» В. Шустова на Остоженке, 13 до 1914 года собирались любители голубей и петушиных боев. Трактир Боргеста у Никитских ворот был местом сбора любителей соловьиного пения.

В Москве существовала категория простонародных («извозщичьих») трактиров: «Лондон» в Охотном ряду, «Коломна» на Неглинной улице, «Обжорка» за Лоскутной гостиницей (территория современной Манежной площади). Эти трактиры имели специальный двор для лошадей, в них подавалась дешевая еда. В начале XX века многие известные в прошлом трактиры стали переходить в категорию ресторанов с соответствующим стилем обслуживания и меню. Так, известный с 1870-х годах извозщичий трактир «Прага» (на Арбатской площади) был перестроен купцом С. П. Тарарыкиным в фешенебельный ресторан. После 1917 года трактиры в городе стали постепенно исчезать.

Зинаида Король, ИМЛИ