Прокатись!

Поезд издал очень характерный звук. Значит, приехали. На перроне нашу студенческую делегацию встречал щупленький парень в очках. «Ренат, — представился он, — коренной татарец. Извините, татарин, — поправился он. — Казанец в шести поколениях». Мы сделали «хау», в Москве этому научились, благо коренные москвичи еще не перевелись.

Казань производит впечатление очень красивого города. С историей, с достопримечательностями. Стало понятно, чем Ренат так гордится.

Поселили нас в отеле, и не как там, где-нибудь в Саратове, под отелем скрывается студенческое общежитие с косметическим ремонтом и рыжими тараканами, оставшимися в наследство от предыдущих хозяев, а в настоящем отеле. Номер с видовой террасой, халатом и тапочками, минибаром, феном, телевизором. Не отель, а сказка. Аквапарк, солярий, каток, шведский стол…

Конференция нам уже очень-очень понравилась. Даже без чтения докладов, дискуссий, издания сборника наших работ.

Пошли знакомиться с другими студентами, ведь главная роскошь — роскошь человеческого общения. Через два часа за нашим столиком (шведский столик чудесным образом превратился в русское застолье) образовалась компания из восьми человек: собственно я, студентка из Москвы, с подружкой Маришкой, Ренат, наш встречающий и координирующий из местных, Татьяна из Мордовии, Леонид из Калмыкии, Светочка из Новосиба, Макс из Ростова, и последнего, увы, я не помню. Иногда память, знаете, подводит, помню, что точно был кто-то мужского пола, проводивший меня до номера уже утром, а кто конкретно — не помню, студенческий маразм называется… Вот этот неизвестный, точно помню, и предложил пойти прокатиться на коньках.

А почему и нет? Чем мы не звезды на льду? Времени на переодевание не было, уж очень хотелось побыстрее испробовать прелести татарского льда. По уверениям Рената, лед здесь качественнее и лучше, чем где-либо в России. Я хоть и родилась в Сибири, а на коньках ни разу не стояла. Проблем нет, научим, пообещал мне Леня из Калмыкии. И правда, честно учил. Сначала он, потом Макс, потом Ренат, который не выдержал и, показав на выбоины на льду (Танечка пыталась продемонстрировать свое искусство в прыжках, следуя примеру своей тезки, и получилось. Правда, не как у Нафки, а как у Тарасовой, целый каскад прыжков, с оставшимися котловинами…), предложил поехать на городской каток. Там, где тренируется «Акбарс». Как, мы не знаем игроков «Акбарса» по именам? Это же гордость всей России! Поехали исправлять пробелы в своих познаниях. Еле восьмером поместились в девятке Рената. Тут, как говорится, главное желание. Студенты люди неприхотливые. В тесноте, да не в обиде.

Каток шикарный! Успели познакомиться с молодежной сборной Татарстана по хоккею. Затем решили повеселиться и поиграть в игру «Цепи кованые» на льду. Команда проигравших угощает пивом всех. «Можно я буду сок?» — взмолилась я. И рассказала слезную историю из детства. Мне четыре года, я набегалась и запыхавшаяся попросила у дедушки попить, тот, недолго думая, дал мне ковшик, перелив содержимое из бутылки — чебурашки. Через десять минут на Чебурашку стала похожа я. Так как это была не газировка, а пиво «Жигулевское». Все согласились. Наша команда проиграла, несмотря на смелые вылазки Рената и мои порванные джинсы. Посидели в баре. Садясь за руль, Ренат вспомнил о законе, запрещающем и полкружки пива. Не идти же пешком, кто тут у нас не пил? Перед перспективой семикилометрового пешего похода все радостно поблагодарили моего деда.

— Ладно, садитесь, прокачу! — согласилась я, благо права были с собой. На втором перекрестке волшебной палочкой остановил старший лейтенант Мурзаев. Он никак не мог поверить, что я на трезвую голову люблю громко слушать песню Михаила Круга «Золотые купола» (Ренат — любитель шансона). Однако и в третий раз прибор показывал ноль промилле. Мурзаев почесал затылок и попросил показать страховку. Ренат побледнел. Страховка лежала в файлике на заднем сиденье. Лицо лейтенанта изумленно вытягивалось по мере появления с заднего сидения машины прятавшихся там шестерых веселых студентов. «Ну, мы пойдем», — сказали ребята и быстро скрылись в темноте казанских улиц (заберешь нас по дороге, пусть теперь докажет, сколько нас было, шепнули мне на ухо убегающие тени друзей). Мурзаев потерял дар речи. Что это было? Галлюцинации, наверно. Нас в машине было двое.

— Страховка в порядке, счастливого пути, товарищи студенты! Я же тоже был студентом, все понимаю. До встречи!

Тьфу, тьфу! — перекрестились мы. Знаете, студенты — народ суеверный. Света сегодня не с той ноги встала, поэтому нас и тормознули гаишники, пришла к выводу моя новая подруга, когда мы всех посадили обратно в машину.

— Славно прокатились! — подытожил Ренат, когда мы благополучно припарковались у отеля.

Ольга Князева, аспирант ГУ-ВШЭ