Лагерная жизнь

Надоело мне летом сидеть в деревне. Скучно. Поехали мы с мамой в лагерь работать в Истринский район. Мама у нас не может без танцев (она хореограф), а я без детей. Вот и приехали. Лагерные записи я делала на длинных бестолковых планерках.

Первые дни. Сидим на планерке. Устали. Какие молоденькие вожатые из Калуги из педагогического института… Им и вручили отряды по 40 человек. Маму поставили на бассейн (который неизвестно когда откроется) и танцы ставить, а я взяла кружки -изо и театральный. Поселили нас в домик для обслуги, в трехкомнатную квартиру. Соседи интеллигентные: муж — баянист, жена ведет кружок макраме. Начальство у нас весьма своеобразное — директор, вроде, ничего, но вот старшая пионервожатая… Сколько можно самореализовываться! Да ещё за счет молодых вожатых, в планы которых не входили планерки до часу ночи.

День третий. Привезли детей. Много их как… Закипела лагерная жизнь. Пока не начали работать кружки, я развила бурную деятельность: взяла шефство над малышами. Помогаю измученным вконец вожатым оформить отрядные уголки, подготовиться к «Визитной карточке» — поставили «Теремок», где в конце приходит вожатая Надя и разгоняет всех спать. Мама разучила со всем лагерем танец — теперь танцуют его на линейках.

День четвертый. Бедные дети — их всех загоняют на сумасшедшие дискотеки. Шестилеткам они очень «нужны». Упросила начальство оставаться в корпусе с теми, кто не хочет идти танцевать. Играли в спокойные игры, читали. Потом я их вымыла. Все детские вещи у них давно перепутались. Тяжело без мамок…

День пятый. Муж привез мне моего сына Тихона. Началась сладкая жизнь. Ему два года. Я думала, что он быстро адаптируется, и взяла его в отряд, а там эти Женя с Василисой — ненормальные — порвали на себе ночнушки и визжали как резанные. Нашли себе забаву — стали Тихона спать укладывать. Потом он всю ночь не спал от эмоций, а интеллигентные соседи интеллигентно терпели.

День шестой. Решили с мамой по очереди на планерки ходить — времени жалко. Вчера, когда была моя очередь, Тишка закатил истерику, за мной прислали гонца. Да, с ним не поработаешь, придется домой отправлять. Вчера на велике с ним катались, заехали в какую-то деревню, там с девочкой познакомились, а она за нами в лагерь увязалась. Тихон демонстрировал ей все свои игрушки и кормил обедом. А кормят здесь на убой — и красная рыба, и икра. Вожатые ко мне — на «вы». Приятно, хотя недавно такой же была, как они.

День седьмой. Начали работать кружки. Провела изо, театральный. Ставили с детьми этюды, играли в игры на внимание, тактильный контакт.

День восьмой. Планерки достали… Все плюются. А старшая пионервожатая, кроме мата, наверное, слов не знает.

День десятый. На два дня уезжали домой, отвезли Тихона. Мама в метро дверью сломала палец, вернулась в лагерь с гипсом на всю руку. И смех и грех: танцы разучивает — гипсом машет! Да ещё в теннис умудряется играть — левой рукой научилась. Бассейн никак не откроют, дети уже заждались. Приехала подружка Ира на три дня, у нее явно педагогические способности. Хочет идти в педагогический, но продвинутая сестра отправляет её на экономику. Ходили укладывать с ней малышей — им так не хватает тепла. Вожатые уже злые как собаки от недосыпа. Одна в изоляторе — ветрянка.

День двенадцатый. Опять планерка… Уже за полночь. Вчера был концерт ко Дню народного единства. Так здорово дети пели, танцевали. У мамы попробуй не затанцуй — старшие ребята по парам кадриль отплясывали, сиртаки, а ещё девочки с березками хоровод водили.

День пятнадцатый. Наконец-то открыли бассейн. Приезжала какая-то шишка разрезать ленточку, бедные дети стояли целый час на жаре на футбольном поле, ждали эту злополучную делегацию. Запустили первых пловцов. Ура! Никто не утонул. Начали купать все отряды по 30 минут — 25-метровый бассейн поделили пополам: где поглубже — плескаются старшие, где помельче — малышня резвится. Мама с гипсом бегает по бортику со свистком.

День восемнадцатый. Мама все-таки упала в бассейн, гипс намок, палец болит.

День двадцатый. Скоро все закончится. К деткам привыкли. Как там Тихон мой? Все на подвиги нас тянет, не сидится дома. Мама организовала кружок по настольному теннису, всех «делает» левой рукой.

День двадцать третий. Был прощальный концерт — завтра домой. Много деток уже разъехалось. Вожатых принудили остаться на вторую смену, иначе практику не зачтут. Кажется, они не рады.

Ну вот мы и дома. Заплатили, конечно, немного. Через три дня мама поехала в другой лагерь на Истринское водохранилище. Там установлен кордон: пропускают только по пропускам — охраняют стратегический запас воды для Москвы, наверное. Мама там проработала на разных должностях — в этот лагерь приезжает много творческих коллективов, и свои хореографы им не нужны. Я ездила к ней в гости, помогала мыть посуду. И Тихона привозили, гоняли там с ним на великах. Я не работала — он не нервничал. Начальник — наш давний знакомый, принимал тепло. Рядом с лагерем — Ново-Иерусалимский монастырь. Мы и там побывали, купались в Иордане. Купались и в водохранилище, рвали орехи, их там видимо-невидимо. Ходили на кружок прикладного искусства — тарелки расписывали. Как хорошо не работать!..

Лето прошло замечательно, ведь без лагерной жизни трудно себе его представить. А на следующий год поедем опять, и Тихон подрастет. Легче будет?..

Юлия МОРОЗОВА