Левша: перезагрузка, или разложение препода на запчасти

Так, посмотрим. Ну и название для книги! Надо же такое придумать: «Как стать всенародно любимым ректором. 1001 совет для „чайников“». Ладно, что тут у нас? Так, «Где взять средства на предвыборную кампанию», «Боремся с конкурентами», «Приблизительная смета на постройку загородного домика»…

Нет, все не то. Попробуем поискать в главе «Решение трудностей». Ага, вот: «Как преподнести подчиненным возникшую проблему?» Это то что надо. Что у нас тут есть? «Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие…» Э, вроде это уже где-то было. Ладно, вот ещё: «Коллеги! Нелегкое испытание посылает нам судьба…» Нет, не пойдет, слишком пафосно.

Ладно, сам что-нибудь придумаю — все-таки степень имею по этой, как её, мизантропии. Нет, филантропии. Лучше посмотрю, у меня записано: филологии. Уж пару слов-то как-нибудь смогу связать…

* * *

— Ну, в общем, это… Тут такое дело… Точнее, дела. Неважные наши дела, вот. Студенческий профсоюз — а вам ведь известно, как сильно за последние годы он укрепил свои позиции — выдвинул нам ряд жестких требований. Полное видеообращение их лидера занимает несколько терабайт (каждый из вас может получить копию на микродиске после окончания заседания). Вкратце основные требования заключаются в следующем: студентов больше не устраивает качество образования, которое обеспечивают наши электронные преподаватели четвертого поколения. По их мнению, преподаватель должен быть компактным, стильным, работать до 40-а часов без подзарядки. До начала семестра — всего три недели, что будем делать? Может, проректор по IT нам что-нибудь сможет сообщить?

— Все так неожиданно… Ведь 4G-преподы были запущены совсем недавно и зарекомендовали себя с хорошей стороны: тесты показали, что разборчивость их речи на 10 процентов выше, чем у всех предыдущих разработок, и составляет целых 35 процентов, что сопоставимо с классическими гуманоидными преподавателями начала XXI века. Да и выглядят они значительно привлекательнее — больше не похожи на пылесосы. В общем, у меня только один вариант: надо вызывать специалиста. Есть у меня на примете один инженер-самоучка из провинции, потомственный специалист по нанотехнологиям.

— Что ж, если других вариантов нет, то немедленно вызывайте его. Пусть воспользуется нашими выделенными каналами транспортировки, а то ещё застрянет в пробках на неделю.

* * *

— Итак, что Вы нам можете предложить?

— Ну вот я тут набросал по дороге к вам четырехмерный проект, извольте взглянуть.

— Та-а-ак, и что это за монстр? Вы в своем уме, вообще? Нам рекомендовали Вас как специалиста, а Вы шутки шутите!

— Не извольте беспокоиться, это модель в значительно увеличенном масштабе, реальные размеры прототипа составляют не более нескольких миллиметров.

— Но позвольте, это же… блоха, если не ошибаюсь?

— Ну да, блоха. Наша семья уже на протяжении многих столетий специализируется на их изготовлении и модернизации.

— Но как БЛОХА может учить студентов?

— Тут все дело в нанопрограмме: берем стандартный экземпляр, например модель ЛЕВША-2042, устанавливаем программу — и вот блоха уже подкована в математике или философии и готова нести, так сказать, луч света, сами знаете куда.

— Не знаю, о чем это Вы, но, вообще, звучит неплохо. Надеюсь, эти Ваши… изобретения — не паразиты-кровососы?

— Ну что Вы, они — буквоеды, глотают гласные… Шучу, конечно. Они подпитываются телепатической энергией в процессе передачи знаний. А когда общаться не с кем (во время каникул, например, или там затяжных праздников), они могут питаться… ну… практически любым экологически чистым топливом: опилками, упаковочной бумагой и даже, в крайнем случае, мусором.

— Однако!.. Сколько же времени Вам понадобится на изготовление опытного образца?

— Базовая модель готова, надо её слегка модернизировать, да и над программой придется посидеть. За две недели должен управиться. Но мне понадобятся некоторые новые детали для модернизации.

— Конечно, мы немедленно свяжемся с нашими коллегами из Силиконовой долины.

— Силиконовой? Тогда кроме основного списка у меня будет ещё дополнительный заказ: два ведра силикона.

— Э-э-э, а Вам зачем, если не секрет?

— Не секрет: книжку я в свое время прочитал — «Франкенштейн» называется. Давно уже хочу состряпать что-нибудь подобное. Но (чертит руками в воздухе окружности) попривлекательнее.

* * *

— Почему такая срочность? Я был вынужден прервать свои исследования! Надеюсь, у Вас есть на то веская причина?

— У нас ЧП, уважаемый специалист по нанопаразитам. Ваши «подопечные» пропали! Мы все обыскали, судя по всему, они проникли в студенческую столовую. Пока мы не можем войти туда: им удалось проникнуть в систему безопасности и поменять коды доступа.

— Это очень странно, сбой в программе мог быть вызван только инстинктом самосохранения, в случае недостатка энергии нанороботы могут начать самостоятельные поиски источников питания. Но это возможно только в случае крайнего истощения, их модули рассчитаны на автономную работу в течение двух недель.

— Все эта Декада студента, будь она неладна! Вот знал ведь: не надо опять менять её продолжительность.

— Что ещё за декада?

— Очередное требование студенческого профсоюза, и длится это уже много лет. Руководству постоянно приходится идти на уступки: сначала перешли от празднования Дня студента к Пятидневке студента, потом к Декаде студента, а теперь профсоюз потребовал, чтобы длительность декады была дифференцированной к успеваемости студента: три недели для троечников, четыре — для хорошистов, пять — для отличников.

— И вы согласились?

— А что нам оставалось делать? Профсоюз ведь владеет контрольным пакетом акций университета!

* * *

— Мне пришлось перепрограммировать нанороботов, но главное, что они покинули столовую и завтра уже будут готовы приступить к учебному процессу.

— Отлично! Но почему они выбрали именно это место и почему отказывались его покинуть?

— У меня есть одна версия, но вам она может не понравиться. Как вы знаете, я живу в фамильной усадьбе, за городом. Нанороботов у меня много, и постоянно возникают перебои с питанием: телепатическую энергию в провинции взять неоткуда, приходится выкручиваться. Я договорился с одним фермером, у него живности много: коровки, овцы. Блохи живут у него на ферме, в тепле и заодно питаются, ну знаете, эээ, всяким подножным кормом…

— Ну ладно, ладно, понятно. О коровках слышал. Но столовая наша здесь причем?

— Похоже, что с моих студенческих времен ничего не изменилось, и блохи только в столовой смогли найти подобие того рациона, к которому так привыкли…

Андрей РОЩИН